Эта скамейка — тихий гений нашего двора. На ней не прогибаются доски, не впиваются в спину гвозди, а сама она помнит столько разговоров, сколько не вместила бы ни одна городская библиотека. Тут плакали от счастья, смеялись до колик, встречали рассветы после долгих ночей и просто сидели, чувствуя себя частью чего-то настоящего. Спинка у неё такая, что выпрямляется душа, а ширина — что можно по-человечески разложить пакет с выпечкой. Спасибо тебе, старая добрая скамья, за то, что принимаешь нас любыми. Берегите её, люди. Такое не красят — таким поклоняются.т